Новости

Используйте ссылки ниже для перехода к интересующим подразделам.

В КАЖДОЙ ПРАВДЕ ЕСТЬ ДОЛЯ ШУТКИ

11 октября 2021, 15:24

УЧИТЕЛЬ ХИМИИ ФТШ И АКТЕР ТЕАТРА ДОЖДЕЙ АЛЕКСАНДР ИВАНОВ СЧИТАЕТ, ЧТО И НА УРОКЕ, И НА СЦЕНЕ ОН ЗАНЯТ ОДНИМ И ТЕМ ЖЕ - ОБЩЕНИЕМ СО СВОИМИ СОВРЕМЕННИКАМИ
 


В начале апреля сайт Алферовского лицея сообщил о том, что в дружном коллективе педагогов ФТШ появился первый заслуженный артист России. С этим званием учителя химии Александра Иванова от души поздравили поклонники его актерского таланта.

Он известен коллегам не только по своим театральным работам, но и по ролям в фильмах и телесериалах. Сам же Александр Юрьевич этими поздравлениями был застигнут врасплох, поскольку в театре об этом ничего не знали. И только взглянув на дату публикации сообщения, он понял: это - первоапрельская шутка. Но шутка такая, что все ее приняли за чистую монету.


Уже почти три десятилетия выходит Александр Иванов на сцену Театра Дождей и по совокупности сыгранных там ролей вполне мог бы претендовать на звание заслуженного артиста. Так что будем считать, что этот первоапрельский розыгрыш в какой-то степени можно считать правдой, в которой есть доля шутки

В такой жизнерадостной тональности началась наша встреча после урока в 10-м классе, откуда выходили юноши баскетбольного роста, и Александр Юрьевич при своем росте 188 сантиметров глядел на них снизу вверх. А еще я с удивлением узнал, что директор ФТШ Иванов и учитель Иванов - вовсе не однофамильцы, потому что у первого ударение в фамилии падает на третий слог, а у второго - на второй, как у знаменитого героя чеховской пьесы. Но о Чехове мы еще поговорим. А начнем с того, как соединились в жизни Иванова эти два призвания.

- АЛЕКСАНДР, ЧТО ВОЗНИКЛО РАНЬШЕ В ВАШЕЙ ЖИЗНИ - ПЕДАГОГИКА ИЛИ ТЕАТР?

- Если танцевать от печки, то все, пожалуй, началось с табуретки. В три-четыре года это была моя первая сцена. Я отдергивал занавеску и, стоя на табуретке, сообщал домашним о своем выступлении. Читал, к примеру, стишок. А потом у меня появилась младшая сестра, и я помню, что с раннего детства начал ее чему-то учить.

Я выступал в детском саду, в школьном драмкружке. А свой первый урок я провел для учеников пятого класса, когда сам учился еще в четвертом. С того года английский язык стали преподавать на класс раньше и учительница, дав нам очередной урок, попросила меня на следующий день подменить ее и провести такой же урок для пятиклассников. И что удивительно: меня слушали.

Потом перепробовал я множество разных кружков: выжигание по дереву, фотодело, чеканка, "радиостукачество", как мы в шутку называли работу на ключе при помощи азбуки Морзе. И легкой атлетикой я занимался, чтобы укрепить здоровье. Но все это меня по-настоящему не захватывало. А как-то летом я участвовал в самодеятельности пионерского лагеря. И преподавательница мне посоветовала продолжить это дело. Сказала, что у меня получается.

И вот в 10-м классе я пришел в театр-клуб "Суббота", которым руководил Юрий Александрович Смирнов-Несвицкий. Оттуда вышло много известных мастеров. Тот же Семен Спивак тоже начинал в "Субботе" в 70-е годы. И Костя Хабенский делал там первые шаги. В "Субботе" в 70-80 годы царила такая атмосфера, которой не было в других местах. Саныч (Смирнов-Несвицкий) сам писал пьесы, ставил их с актерами-любителями. Там кипела бурная жизнь, проходили постоянные обсуждения со зрителями.

Театр ездил на гастроли и в Москву, и на БАМ. В этой бурной кипучей атмосфере молодые люди жили так, как им хочется. Наверное, это был один из предвестников всей дальнейшей перестройки. И, попав в 'Субботу', я понял, что я пропал. Заявил родителям, что буду теперь домой приходить в час ночи, и, пожалуйста, мне не мешайте, мне это нравится, и я буду этим заниматься.

- ИНТЕРЕСНО, КАКОЙ ЖЕ ВЫ ВУЗ ВЫБРАЛИ?

- Я не выбирал между театральным и педагогическим, я рассматривал и химический факультет университета, и психологический, но, в конце концов, поступил в Политех на ядерную физику. Но надолго меня там не хватило. Семь месяцев - и все. После чего я ушел в армию.

Ну а там было много работы и в клубе, и в роте. У меня, как у замкомвзвода, было на попечении тридцать солдат, которых периодически надо было чему-то учить - от строевой до правил дорожного движения. А поскольку среди моих подчиненных было много парней старше меня, и они меня слушали и слушались, я понял, что могу стать педагогом и после демобилизации поступил в пединститут имени Герцена. Закончил химический факультет.

И еще в студенческие годы начал преподавать в 235-й школе, которой я очень благодарен за то, что они меня нашли не только как химика, но и как артиста. У них там были и общеобразовательные классы, и музыкальные, сильное было театральное движение. И десять лет я там прожил очень интересной жизнью. Может, в молоды́е мои годы, это вообще был один из лучших периодов моей жизни.

- ЧЕМ ОНА БЫЛА ИНТЕРЕСНА?

- Это были 90-е годы, время брожения в мире, в том числе и в педагогике. Была свобода выбора программ, учебников, и это давало большой стимул что-то искать и находить, в чем-то ошибаться.

И начальство не мешало. Директором там была тоже химик. Вот ей, Елене Александровне Антонович, я очень благодарен за все. И, перекидывая мостик к сегодняшнему дню, когда я попал в ФТШ, могу сказать, что здесь в чем-то похожая атмосфера: у педагогов и у школьников достаточно большая свобода действий, и начальство не мешает. А когда начальство не мешает, это уже большая помощь.

- КАК ВЫ ОКАЗАЛИСЬ В ЛИЦЕЕ?

- Меня пригласил Владимир Борисович Воловик, который здесь работает почти с основания школы. Поначалу я отказывался, потому что добираться до этого места мне было не очень удобно. А потом у меня появилась машина, и уже никаких отговорок больше быть не могло. И вот с 2004 года я здесь.

- ВОЛОВИК ВЕДЬ ТОЖЕ ИГРАЕТ В ТЕАТРЕ ДОЖДЕЙ? ЭТО ВЫШЛО СЛУЧАЙНО ИЛИ ВЫ ЕГО ТЕАТРОМ ЗАРАЗИЛИ?

- Нет, он был "заразный" задолго до меня. Это человек, очень любящий театр. Он работал в 239-й школе, где тоже кипит активная творческая жизнь. Плюс у него достаточно богатый опыт общения с выдающимися театральными деятелями. Достаточно вспомнить хотя бы руководителя нашего ТЮЗа Зиновия Яковлевича Корогодского.

А в Дождях Владимир Борисович с 2003 года играет. В "Поминальной молитве" у него прекрасная роль. Он, правда, говорит, что я местами его подсиживаю. А просто был такой эпизод: он заболел, а "Поминальная молитва" уже была на афише, и мне пришлось заменить его в роли мясника Лейзера. И хотя мы с Воловиком очень разные по росту и по комплекции, я каким-то образом сыграл эту роль в его же костюме.

- КАК В ВАШЕЙ ЖИЗНИ ПОЯВИЛСЯ ТЕАТР ДОЖДЕЙ?

- Его организовала уже больше тридцати лет назад группа единомышленников во главе с Натальей Никитиной, которые вышли из театра "Суббота" и решили строить самостоятельную жизнь. И когда я вернулся из армии, оказалось, что все люди, которые мне были близки и по-человечески, и творчески, работают в Дождях. Поэтому я там почти с самого начала. Начинали мы с двух спектаклей, поставленных Натальей Васильевной еще в "Субботе".

Репертуар наращивался постепенно, и было нам тяжело. Организовывать и тащить театр - дело очень непростое, особенно когда это и не государственная конструкция. Да к тому же это был 1990-й год, время очень и очень сложное для того, чтобы в разных инстанциях юридически оформить создание театра. И тут надо сказать большое спасибо Семену Яковлевичу Спиваку, который замолвил за нас слово на каком-то совещании в городском комитете по культуре. Есть мол, молодой, перспективный театр, надо бы ему помочь. А руководство комитета ему в ответ: ну так возьмите и присоедините его к себе. И Спивак - согласился.

С тех пор мы формально являемся структурным подразделением Молодежного театра на Фонтанке, имеем возможность время от времени играть там спектакли.

- КАКОЕ ПОЛОЖЕНИЕ ЗАНИМАЕТЕ ВЫ СЕЙЧАС В ТЕАТРЕ ДОЖДЕЙ? ВЕТЕРАН ТРУППЫ?... АКТЕР, НА КОТОРОМ ДЕРЖИТСЯ РЕПЕРТУАР?

- Трудно сказать, что на мне держится репертуар. Хотя есть несколько спектаклей, которые в данный момент без моего участия были бы невозможны.

- ЭТО ЛЮБИМЫЕ ВАШИ СПЕКТАКЛИ?

- Из того, что очень любимо и дорого - это Треплев в чеховской "Чайке". Я понимаю, что пора уходить с этой роли, потому что я ее играю больше 28 лет... Я с Натальей Васильевной говорил на эту тему: уже пора, потому что я теперь вдвое старше своего персонажа. Но она говорит, что когда смотрит спектакль как зритель, ее все устраивает. Как она считает, у меня вроде бы "молодая энергетика". Хотя как говорится, лучше уйти на полчаса раньше, чем на пять минут позже. Но при этом Треплев - действительно очень дорогая мне роль.

Еще в числе самых любимых - Менахем-Мендл в "Поминальной молитве". Если Треплев это лирический, в чем-то трагический герой, то Менахем - это недоразумение. Это человек, который умудряется вечно во что-нибудь вляпаться, но он любую ситуацию всегда переносит с юмором, с надеждой, что дальше будет лучше. Такая у него жизнеутверждающая натура. И в этой роли у меня есть то, что мне в последнее время особенно интересно играть: когда комическое сочетается с трагическим.

В 'Поминальной молитве" есть сцена, в которой одна из главных героинь находится при смерти. И у нее последний разговор - с моим персонажем. У меня там есть реплика: "А все-таки я вам завидую. Ваше поколение как-то умеет умирать..." Весь зал понимает, что сейчас эта женщина умрет. И в такой трагический момент я вызываю в зале смех. Но смех не злорадный, а скорее это горькая усмешка - что мы можем посмеяться даже над такими трагическими событиями. Когда мне это удается актерски сделать, я считаю, что выполнил свою творческую задачу.  

- БЫВАЮТ ЛИ В ТЕАТРЕ ДОЖДЕЙ ВАШИ ЛИЦЕЙСКИЕ СОСЛУЖИВЦЫ И УЧЕНИКИ?

- Да бывают... У нас в школе есть любители нашего театра. Например наши литераторы Елена Аркадьевна Кудасова, Галина Львовна Вирина, Ирина Владимировна Селиванова. Побывав у нас в театре и, я думаю, полюбив его, они рекомендуют его своим ученикам. Иногда ученики приходят на спектакли небольшими группами, иногда по одному-два человека, иногда самостоятельно.

Бывают случаи, когда кто-нибудь из классных руководителей договаривается с администраторами театра и выкупают наш небольшой зал на 50 мест для зрителей ФТШ. Но есть договоренность, что нельзя набивать зал только учениками, а желательно, чтобы они приходили с родителями. Мне не стыдно за то, что мы делаем, поэтому я с удовольствием приглашаю к нам и учеников, и родителей.

- В ЛИЦЕЕ ВЕДЬ ТОЖЕ ЕСТЬ СВОЙ ТЕАТР?

- Театр есть, называется он Хобби-Т. Его создал Владимир Борисович Воловик, а сейчас им руководит актриса Театра Дождей Анастасия Тилина. Это как спецкурс: два раза в неделю здесь занимаются, по вторникам и четвергам. Первые полгода это разные тренинги, попытка найти материал для последующей постановки, а к концу учебного года это обычно выливается в какой-то спектакль, который театр показывает один или несколько раз.

В прошлом году было выпущено даже два спектакля - один по рассказам Аркадия Аверченко, а второй - "АРТ", в котором играли три 11-классника. Они теперь учатся в разных петербургских вузах, но были разговоры, что они и сейчас могли бы собраться и сыграть "АРТ", чтобы вновь поступившие увидели, во что выливаются театральные занятия.

- ВЫ К ЛИЦЕЙСКОМУ ТЕАТРУ ИМЕЕТЕ КАКОЕ-ТО ОТНОШЕНИЕ?

- Иногда прихожу, в чем-то помогаю, но только когда зовут. Настя... Анастасия Николаевна Тилина в прошлом году попросила меня помочь поставить драку, чтобы обошлось без травм, но выглядело эффектно. Или зовет на прогон, и я аккуратно высказываю какие-то соображения. Существует правило: у вас есть режиссер его и надо слушать.

- МНЕ ОЧЕНЬ НРАВЯТСЯ ВАШИ ЛИЦЕЙСКИЕ КАПУСТНИКИ. РЕБЯТА ХОРОШО РАБОТАЮТ С ВАМИ В ОДНОЙ КОМАНДЕ. И В КАЖДОМ ПРАЗДНИКЕ НЕПРЕМЕННО ЕСТЬ КАКИЕ-ТО СЮРПРИЗЫ. КАК ВАМ ВСЕ ЭТО УДАЕТСЯ?

- Бывают годы, когда собираются творчески азартные ребята, которые, исходя из общего замысла, загораются, сами много чего придумывают. Иногда такого горения нет, и участники просто выполняют поставленную перед ними задачу. И тогда в какой-то момент, чтобы все сложилось, мне надо становиться тираном. Растягивать такую диктатуру на многие месяцы, я думаю, было бы неправильно. Но для пользы дела я готов быть тираном в последний момент, когда уже почти все готово, но надо собрать все до мелочей.

Я школьными праздниками занимаюсь с 2009 года и не стремлюсь добиться хороших капустников любой ценой. В зависимости от творческой инициативы самих школьников бывает хорошо, а бывает немного похуже. Чем богаты, тем и рады. Но главное для меня - не повторяться, все время придумывать что-то новое.

- КАКИЕ ПРАЗДНИКИ, КАК ВЫ СЧИТАЕТЕ, ВАМ ОСОБЕННО УДАЛИСЬ?

- У нас однажды день рождения школы прошел в виде циркового преставления. Мы в Большом зале из каких-то разноцветных тряпочек соорудили цирковой шатер. И было подготовлено много номеров. Там были акробаты, клоуны, силачи, поднимавшие как бы огромные тяжести, которые потом летели в зал, поскольку были сделаны из папье-маше. В то время у нас учился мальчик Никита, который любил показывать фокусы. А во втором отделении он выходил на манеж как жонглер.

Еще один мальчик великолепно исполнял лирическую пантомиму. Была и дрессура. Несколько учителей мы нарядили в тигриные одежды, а два брата-близнеца были их укротителями. Я люблю придумывать розыгрыши. В том представлении у нас был обруч, от которого веревка была пропущена на чердаке через блок, и под самый потолок взлетал на обруче юноша.

Я помню, мой коллега Воловик схватился за сердца от ужаса: "Он что, с ума сошел! Как можно..." А фокус заключался в том, что мы в последний момент заменили человека на куклу, одетую точно так же, как тот юноша. Однажды день рождения Лицея мы устроили в виде туристского слета. Тогда-то и появились березки, которые у нас сейчас стоят в рекреации.

Приятно, что коллеги подключаются, никогда не бывает так, чтобы кто-то отказался. Наверно, они доверяют моему чутью, и верят, что все получится хорошо.

- СЛОВНО ДВЕ ЖИЗНИ У ВАС, ТАКИХ РАЗНЫХ - ХИМИЯ И ТЕАТР. ИХ ВПОЛНЕ МОЖНО БЫЛО БЫ РАЗДЕЛИТЬ МЕЖДУ БРАТЬЯМИ-БЛИЗНЕЦАМИ. А ЕСТЬ ЛИ КАКИЕ- ТО МОМЕНТЫ, КОГДА ЭТИ ДВЕ ПРОФЕССИИ СОПРИКАСАЮТСЯ?

- Я, наверное, не соглашусь, что я - два человека. Я - один человек. И сказать, что я как-то сильно отличаюсь там и здесь, как химик и как актер - нет. Я стараюсь и там и там быть искренним, стараюсь и там и там делать свою работу как минимум честно. Кроме того и та и другая работа - это общение с людьми. Во время уроков это взаимодействие с учениками. Мне бы очень не хотелось, как учителю выступать в роли ментора, который только сообщает правильные знания. Куда интересней создать такую ситуацию, чтобы и на уроке, и на лабораторных занятиях мы вместе включались в поиск какого-то дальнейшего пути. Можно написать инструкцию куда чего и сколько надо накапать - а можно поставить перед ребенком задачу, которую он должен попытаться решить.

То же самое происходит, наверное, и в театре, потому что мы вместе со зрителями, несмотря на то, что есть сценарий, и мы нередко заранее знаем, чем все закончится, но все же вместе проживаем эту жизнь. Проживать ее отдельно от зрителя не имеет смысла. На репетиции - да. Тут идет большая работа. Ты настраиваешь свой организм, потому что у артиста организм это и есть тот инструмент, на котором он играет.

Я не люблю, когда зрители приходят на наши репетиции, они мне мешают. Хочу остаться небольшой командой с режиссером, с актерами спектакля. Тут можно не бояться быть открытым. Потому что когда артист выходит открытым, его очень легко покалечить даже одним неосторожным словом. Ну а спектакль - это всегда общение с залом, ощущение обратной связи.

И, конечно, вспоминая театральный институт - Школу Русской Драмы, я знаю: надо играть - что бы ни происходило вокруг. По приглашению Александра Иванова мы побывали в Театре Дождей на спектакле "Последняя женщина сеньора Хуана" по пьесе Леонида Жуховицкого. В этом искрометном представлении нашему герою досталось роль полковника Карлоса, который двадцать лет безуспешно охотится за сеньором Хуаном и никак не дослужится до генерала. Актер наделяет своего персонажа прекрасной придурковатостью, столь же дурашливой отвагой - и в этом гротесковом образе он настолько органичен, что временами вызывает не только смех, но и зрительское сочувствие. К тому же полковник орудует сразу двумя шпагами, что создает особый эффект.

Замечательная гротесковая роль по-новому открыла для нас артистический облик Александра Иванова, который, между прочим, учился у народного артиста СССР Игоря Олеговича Горбачева, чьей коронной комедийной ролью был Хлестаков.

Байка от А.И.

КАК ЖОРЕС ИВАНОВИЧ СНЯЛСЯ В МОЕМ КЛИПЕ

- В течение нескольких лет я для праздника последнего звонка пишу текст под какую-нибудь известную песенку, как напутствие учителей выпускникам. Сочинил я очередную песенку и вдруг подумал, что было бы забавно, если бы в финале последнюю реплику спел Жорес Иванович Алферов!.. Набрался я наглости и, встретив его в коридоре, рассказал о своем намерении. "Ладно, заходи", - сказал Алферов.

Прихожу к нему в кабинет:

- Жорес Иванович, прошу вас даже не напеть, а просто сказать одну фразу: "И заходи ко мне по пятницам на чай".

Жорес Иванович уточняет:

- А кому я это говорю? 

- Выпускникам. 

- Тогда почему "заходи"? Давай я скажу "заходите".

- Жорес Иванович, это в размер стихотворный не помещается. Скажите, как я прошу

- Ну, ладно, давай, — он сказал.

А потом мы еще сделали дубль, как в кино на съемках. В итоге все получилось, и ему понравилось. Я теперь говорю: "Кто еще может похвастаться, что у него в выпускном клипе от учителей снимался нобелевский лауреат!"

 

 

Олег Сердобольский

Фото Юрия Белинского--0--