Новости

Используйте ссылки ниже для перехода к интересующим подразделам.

КАЖДЫЙ ДЕСЯТЫЙ ВЫПУСКНИК ЛИЦЕЯ ПРИХОДИТ В ФИЗТЕХ

18 февраля 2019, 16:13

Первый шагом в реальную науку для лучших лицеистов ФТШ становится учебная практика в лабораториях Физико-технического института имени А.Ф. Иоффе. О связях всемирно известного центра отечественной науки и школы Академического университета мы беседуем с временно исполняющим обязанности директора Физтеха, доктором физико-математических наук Сергеем Ивановым.

- СЕРГЕЙ ВИКТОРОВИЧ, К ДНЯМ ПРАЗДНОВАНИЯ 100-ЛЕТИЯ ФИЗТЕХА БЫЛА ПОДГОВЛЕНА ВНУШИТЕЛЬНАЯ СХЕМА  С УКАЗАНИЕМ ВСЕХ ДОЧЕРНИХ ЦЕНТРОВ ИНСТИУТА-ЮБИЛЯРА, СРЕДИ КОТОРЫХ ПОЧЕМУ-ТО НЕ ОКАЗАЛОСЬ НАШЕЙ ФИЗИКО-ТЕХНИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ. НА ЭТО УПУЩЕНИЕ УКАЗАЛ ДИРЕКТОР ФТШ МИХАИЛ ИВАНОВ, НАПОМНИВШИЙ, ЧТО ЛИЦЕЙ В СВОЕ ВРЕМЯ СОЗДАВАЛСЯ ИМЕННО КАК ПОДРАЗДЕЛЕНИЕ ФИЗТЕХА. КАК ВЫ СЧИТАЕТЕ, ДОСТОИН ЛИ ЛИЦЕЙ ЗАНЯТЬ МЕСТО В СПИСКЕ "БЛИЗКИХ РОДСТВЕННИКОВ" ИНСТИТУТА?

- Ну, конечно. Это наше упущение, что Лицея там не оказалось. Тем более, что он создавался при непосредственном участии тогдашнего директора ФТИ академика Жореса Ивановича Алферова, в лабораторию которого в 1983 году я пришел в должности стажера-исследователя. Физико-технической школы тогда еще не было, и нынешний ее директор Михаил Георгиевич Иванов преподавал физику в 239-й школе и, кстати, был классным руководителем в классе, где я учился. Можно сказать, что толчок в сторону Физтеха мне дал именно он.

- КАКИМ ОБРАЗОМ?

 - В девятом классе он познакомил нас со своим коллегой и другом, замечательным физиком-теоретиком Игорем Александровичем Меркуловым. Я в числе четырех старшеклассников ходил к нему на семинар, после чего у меня появилось трепетное отношение к Физтеху, прорезались любовь и интерес к физике, ну и понимание, что физические исследования могут стать целью жизни. Он был одним из тех, кто стоял у истоков Физико-технической школы. К сожалению, Игорь Александрович ушел от нас довольно рано... Ну а с Михаилом Георгиевичем я обсуждал главный вопрос: куда идти после 239-й школы? И он дал мне мудрый совет: если хочешь головой работать, то, наверное, лучше идти на Физфак в Университет, а если и головой, и руками, тогда иди лучше к Алферову в Физтех. Я подумал, что все-таки лучше - и головой, и руками. Ну а потом я с радостью узнал, что Михаил Георгиевич причастен к созданию новой школы, основанной на принципах демократических отношений учителей с учениками и ответственного, профессионального отношения всех к своему делу, которыми он руководствуется всю жизнь и воспитывает в нас, своих учениках.

- А ЕЩЕ ВАЖНО, ЧТО ЭТА ШКОЛА ЗА 30 ЛЕТ НЕ УТРАТИЛА СВОЙ АВТОРИТЕТ, ПРОДОЛЖАЕТ РАЗВИВАТЬСЯ.

- Я согласен... И вообще появление новой школы, чтобы она сразу вошла в двойку-тройку лучших школ в городе, - это уникальный результат. Конечно же, и из 239-й школы сюда перешли и Владимир Борисович Воловик, и Валерий Адольфович Рыжик. То есть, изначально существенная база, конечно, была. Естественно, все определяется людьми, которые это осуществили. Жалко, что очень рано ушел из жизни еще один гениальный учитель 239-й школы, наш математик - Виктор Петрович Иванов. Я уверен, что он бы идеально подошел ФТШ и обязательно бы здесь работал.

- ЧЕМ.НА ВАШ ВЗГЛЯД, СИЛЬНА ЭТА ШКОЛА?

- Основное - востребованность выпускников школы в серьезных организациях науки. И не только науки, но и бизнеса, конечно.

- УЖЕ СО ШКОЛЬНЫХ ЛЕТ?

- Да, со школьных лет! Мы начинали с третьего курса заниматься наукой под руководством Жореса Ивановича на базовой кафедре, основанной им в ЛЭТИ, а школьники ФТШ приходят к нам на практику уже в 10-11 классе. И не только к нам, но и в другие академические институты.

- ЧЕМ ОНИ У ВАС ЗАНИМАЮТСЯ?

- Дело это непростое. Не каждый ученый найдет время, а главное - способность общаться с совсем молодыми людьми, хотя они хорошо образованы и в математике, и в физике, прошли олимпиады. Но мы в лаборатории всегда стараемся найти им занятие. Это может быть освоение какой-то методики. Скажем, у нас в лаборатории они проводят какие-то локальные оптические эксперименты, участвуют в обсуждении, готовят тезисы для конференций. У теоретиков гораздо проще - там практиканты окунаются в процесс дополнительного очень высококвалифицированного обучения. Например, ходила к нам на практику лицеистка Ася Люблинская. Она немножко занималась экспериментами, но в целом ее интересовала теоретическая физика. И мы нашли ей куратора - профессора РАН Анну Родину, очень талантливого молодого теоретика, уже очень весомого на мировом уровне. И это общение (ну, и способности Асины, конечно) - они позволили Асе пройти олимпиады и без экзаменов поступить в Московский физтех. И учится она замечательно. Я это знаю, потому что ее мама лет десять работала очень успешно в нашей лаборатории, а сейчас работает в Институте цитологии, то есть поменяла физику на биологию. Такой вот получается очень связанный научный мир. Мы стараемся отдавать детей в такие руки, которые готовы их взять и действительно стать их неформальными кураторами.

- ЕСЛИ РЕБЯТА НА ПРАКТИКЕ ОБРАТИЛИ НА СЕБЯ ВНИМАНИЕ, ДЕРЖИТЕ ЛИ ВЫ ИХ НА ЗАМЕТКЕ КАК ПЕРСПЕКТИВНЫХ?

- Разумеется. Они и сами держатся, даже потом, когда уже учатся в университете.

- ТО ЕСТЬ, ЭТО ТОТ ЗАДЕЛ, КОТОРЫЫЙ РАБОТАЕТ НА БУДУЩЕЕ?

- Да, работает. Важно, что такого рода школы направляют к нам ребят, которые воспитываются в правильных условиях, в понимании определенного круга ценностей. Потому что заниматься наукой сейчас, не имея определенного мировоззрения, довольно сложно. Надо обязательно быть увлеченным. И к нам они приходят с увлеченностью, которую обретают в ФТШ. По статистике, каждый десятый выпускник Лицея становится сотрудником Физтеха. Это очень большой процент.

- В КАКИХ ЛАБОРАТОРИЯХ ОНИ ЧАЩЕ ВСЕГО СЕБЯ НАХОДЯТ?

- Они находят себя там, где интересно, где есть движение, успех, перспектива роста, оборудование, где есть учителя, которые им доверяют серьезные задачи. Довольно приличная часть молодых людей пополняет ряды теоретиков. И надо сказать, что благодаря ФТШ у нас сложилось совершенно уникальное ядро молодых теоретиков, которые работают под руководством члена-корреспондента РАН Евгения Львовича Ивченко. Среди его учеников - бывший лицеист, а ныне член-корреспондент РАН Михаил Глазов. Леонид Голуб и Сергей Тарасенко - тоже выпускники нашей школы. Все они уже доктора, несмотря на тридцать с чем-то. И они уже сами начинают воспитывать, берут ребят из школы, с последних курсов университета. Сейчас, например, дочка Леонида Голуба тоже учится в Лицее. Такой вот идет лавинообразный процесс. Удивительно много очень хороших, талантливых ребят.

- ЧТО ЭТО ЗА НАПРАВЛЕНИЕ?

- Это физика твердого тела... И они работают очень широко уже по всему миру, взаимодействуют с разными экспериментальными лабораториями, ну и с физтеховскими, конечно.

- ВЕРНО ЛИ, ЧТО, КАК МНЕ СКАЗАЛИ, И ВАША ДОЧКА ТОЖЕ УЧИЛАСЬ В ЛИЦЕЕ?

- Да, Юля закончила Лицей семь лет назад. Сейчас она на втором курсе аспирантуры в Институте цитологии, занимается стволовыми клетками. Она уже соавтор нескольких статей в хороших журналах, участвовала в международных конференциях, и в прошлом году даже получила в Португалии премию за лучший молодежный стендовый доклад. Я думаю, само ее решение посвятить себя науке во многом связано с тем, что она окончила ФТШ и прошла там хорошую школу. Этому способствовали и сама атмосфера учебы в Лицее, и очень высокие требования, когда приходится постоянно преодолевать себя. И молодой человек, который этого не бросает, если есть характер и нормальный здравый смысл, получает там очень хорошее образование, а главное - обретает умение учиться. Не то, что ты выучил, а потом забыл и должен вспоминать, а умение искать информацию, овладевать знаниями, задавать вопросы - вот что очень важно. К тому же там дают хорошие знания английского, без которого современный ученый работать не может. Кстати, воспитанницей моей Юли в Институте цитологии стала сестра Аси Люблинской - Катя, очень умная девочка. Они с Юлей уже провели совместные работы, подготовили доклад. Минувшим летом Катя вместе с делегацией школы ездила на ученическую конференцию в Таиланд и, по словам заместителя директора ФТШ Константина Столбова, выступила там хорошо. Такие вот возникают переплетенные родственные связи...

- ЕСТЬ ЛИ У ВАС КАКИЕ-ТО ПОЖЕЛАНИЯ ЛИЦЕЮ?

- По моим наблюдениям, у некоторых преподавателей есть уклон на олимпиадные задачи. Это, естественно, важно. Но иногда это идет, на мой взгляд, немного в ущерб базовым знаниям. Нужно в принципе давать тщательно базу, чтобы основополагающие вещи давались как можно полнее и обязательно в логическом построении. И уже параллельно на это можно нанизывать олимпиадные дела. В этом плане, я до сих пор с теплотой и благодарностью вспоминаю уроки физики Михаила Георгиевича в 239-й и ту изобретательность, с которой он подходил к урокам, к контрольным работам, чтобы пробудить интерес практически у каждого.

- ПРАВИЛЬНО ЛИ Я ВАС ПОНЯЛ: ВЫ ЗА ТО, ЧТОБЫ ВСЕ ЭТИ "ОЛИМПИАДНЫЕ ДЕЛА" НЕ ШЛИ В УЩЕРБ УСВОЕНИЮ БАЗЫ, ЗАЛОЖЕННОЙ В УЧЕБНЫЕ ПЛАНЫ?

- Да, с этой базой детям проще потом ориентироваться в многообразной науке, выбирать себе занятие. А олимпиадный дух подходит далеко не всем. Я, например, выше города никогда не ходил.

- ДОВОДИЛОСЬ ЛИ ВАМ ЧИТАТЬ ЛЕКЦИИ ШКОЛЬНИКАМ, ПРОВОДИТЬ У НИХ МАСТЕР-КЛАССЫ?

- Я это делал в Академическом университете для магистров и аспирантов. А в Лицее я уже многие годы являюсь членом приемной комиссии, куда меня Жорес Иванович направил. Все результаты экзаменов, обсуждение каких-то спорных случаев, утверждение результатов приема - это все проходит под председательством академика Роберта Арнольдовича Суриса очень демократично, открыто и доброжелательно. И сам выбор детей, что очень важно, - он совершенно не предвзятый.

- МОЖНО ЛИ СКАЗАТЬ, ОСНОВЫВАЯСЬ НА ВАШИХ НАБЛЮДЕНИЯХ, ЧТО ШКОЛЕ ЕСТЬ ИЗ ЧЕГО ВЫБИРАТЬ?

- Да, конечно. В восьмой класс до сих пор - огромные конкурсы- иногда по 30 человек на место. Причем в классе обязательно должны быть девочки. Они часто являются катализатором творческого процесса, да и обстановка в классе более органична. И бывают среди них такие умницы, которые сильнее мальчиков , как, например, одноклассница Юли - Рита Новицкая.

- В РЕБЯТАХ, КОТОРЫЕ ПРИХОДЯТ К ВАМ НА ПРАКТИКУ, МОЖНО ЛИ РАЗГЛЯДЕТЬ ТЕХ, КТО СО ВРЕМЕНЕМ ОЧЕНЬ ПРИГОДИТСЯ НАУКЕ?>

- Да. в общем-то это сразу видно - по глазам, по отношению, по вниманию, по вопросам, по активности. Да и по воспитанию тоже.

- ПОТОМУ ЧТО ВОСПИТАНИЕ ПРЕДУСМАТРИВАЕТ ОГРОМНУЮ САМОДИСЦИПЛИНУ?

- И это, конечно... Если пытливый и сообразительный молодой человек хочет войти в мир науки, он нам нужен.

- ЧТО ДВИЖЕТ ЧЕЛОВЕКОМ, ИЗБРАВШИМ ЭТУ СТЕЗЮ?

- Я бы назвал прежде всего - интерес что-то узнавать, интерес в чем-то новом разбираться, интерес что-то создавать. Правда, в конкретных обстоятельствах существенную часть занимает экономическая деятельность, потому что если хочешь что-то исследовать, добудь деньги. Этот процесс составляет очень большую часть и по мере твоего продвижения от молодого исследователя до руководителя группы, лаборатории эта часть экономического менеджмента, добывание грантов становится преобладающей, и меньше времени остается непосредственно на науку. Но я считаю, что, если есть интерес, все преодолимо на любой ступени этой лестницы.

- СТАВ РУКОВОДИТЕЛЕМ ИНСТИТУТА, ОСТАВИЛИ ЛИ ВЫ ДЛЯ СЕБЯ ВРЕМЯ НА КОНКРЕТНУЮ НАУЧНУЮ РАБОТУ?

- Я остался заведующим лабораторией квантоворазмерных гетероструктур. Получил разрешение от Министерства на это совмещение. Стараюсь, как могу, выкроить время на обсуждения результатов, постановку задач, а иногда и просто помочь решить конкретную научную или техническую проблему, подправить статью:

- ЕСТЬ ЛИ В ВАШЕЙ ЛАБОРАТОРИИ ВЫХОДЦЫ ИЗ ЛИЦЕЯ?

- В моей, насколько я знаю, нет. Но в лабораториях нашего Центра физики наногетероструктур есть, конечно, и их много, начиная с первого выпуска ФТШ. И это специалисты с хорошей научной базой. Многие уже доктора наук и эксперты мирового уровня, как, например, замечательный технолог Всеволод Лундин.


Беседовал Олег Сердобольский
Фото Юрия Белинского